Кто пробовал однажды хлеб военный,
Тот знает цену каждому зерну.
Кто опухал от голода в войну,
Тот истинную хлебу знает цену.

Вернувшись с поля, повздыхав немножко,
Нам из платочка вынимала мать
Сухой горох да крошки от лепешки...
Голодными мы уходили спать.
И, зябко завернувшись в одеяло,
Во сне
Лепешки видели, бывало.
И я не знала, почему соседка
Меня ласкала, не скрывая слез,
И почему у матери нередко
Рыданье глухо из груди рвалось.
В те годы я считала, что на свете
(До нас войны не доносился гуд)
Лишь старики, да маленькие дети,
Да женщины усталые живут.
И я не знала, для кого платочки
Девчонки вышивали при луне,
Ведь после жатвы им хотелось очень
Хоть на часок уснуть бы в тишине.
И я не знала, что на самом деле,
Надеждами девчонок горяча,
Флажками счастья в их руках горели
Квадратные обрезки кумача.
Что символом любви неповторимым
Был вышитый узор — ив свой черед
Его сумеет разгадать любимый,
Едва лишь тот платочек развернет.
Платочки те летели вновь и вновь
Туда, где бой,
Туда, где смерть и кровь.
Платочки пахли хлебом, грели души,
В них столько было вложено тепла!
Врагов громили грозные «катюши» —
Шел караван подарков из села.
Пусть нелегко жилось в ту пору люду,
Пусть нечего самим нам было есть,
Но и в сердцах и на полях —  повсюду
Шел трудный бой за Родину, за честь.