— Может, знаюсь я с шайтаном,
Но ведь муж твой — сам шайтан.
Потому,  моя  бедняжечка,   вся  жизнь  твоя

обман!

Б а н у:
 

—   Наша   местность   камениста;   что   ни   шаг — то   и порог.
Жалко, что тебе достался одноногий муженек!
 

Гульпари:
 

—  А он и одноногий мне всех ближе и милей.
Не променяю я его на сто богатырей!
 

Б а н у:
 

—   Ах, напрасно ты гордишься, он не так хорош  на вид.
Хоть лицо твое смеется, сердце плачет и болит!
 

Гульпари:
 

—   К чему бы Дехбаланд у нас весь кочками   зарос?
К чему бы это глупому да поумнеть пришлось?
Глядите,   на   пригорочке   шипящих   змей   не счесть.
Глядите на бесчестного, что ратует за честь!..

Понятны были строки эти людям —
И многие припомнили войну.
Понятны были строки эти людям —
И прикусила язычок Бану.

Ее намеком Гульпари как будто
Ударила наотмашь по лицу.
Во многих злодеяньях добровольно
Бану была опорой Подлецу.

Подлец еще тогда ее приметил
(Свой выбор в тайне до поры храня!),
Когда, идя с женой своей куда-то,
Услышал смех Бану из-за плетня.

С женой Хилол тогда он шел куда-то...

Потом померкло для Хилол житье,

Для брошенной...

В речных холодных водах

Нашла она забвение свое.