Туманны глаза твои,
дурманна ночная прелость,
Не ведаем, что творим...
Не ведать -
какая прелесть!
Томительный звездный прах
и хищная жизнь живая.
Трамваи несутся в парк,
и каждый трамвай -
Желанье.

Платана златая прядь,
и вольного чувства иго,
и все, что случится впредь,
в руках у этого мига.

Так медля, срываясь так,
блаженствуя и пасуя,
мы замерли в двух шагах
от первого поцелуя!
От безбожного лукавства
нет надежного лекарства!

Ты давал себе зарок,
ты хотел себя заставить
не юлить и не лукавить,
но зароки все - не впрок...

Есть такое ощущенье,
что фальшивят даже тени
возле глаз и возле рта.
Перекошено обличье,
не обличье, а двуличье,
не лицо, в срамота!


ЕЩЕ НЕДАВНО

Предержащие власти не зля,
все по полочкам сам и разложишь.
Это можно. А это нельзя.
Почему? Объяснится не можешь.
О, тишайшие ночи и дни!
Занят цензор.
И - пишущий занят.
Это можно. А это - ни-ни.
Но зачем же? А кто его знает.